50 оттенков серого читать

Я выключаю «блэкберри». Мне не по себе. Кристиан что-то недоговаривает. Проблема вышла из-под контроля? Я откидываюсь на спинку кресла. Передо мной отсек, где стоят мои вещи. Утром мы с мамой выбрали Кристиану подарок в благодарность за бизнес-класс и полет на планере. При воспоминании о полете губы невольно растягивает улыбка. Я до сих пор не уверена, что решусь вручить Кристиану мой глупый сувенир. Он сочтет это детской выходкой. Впрочем, если он будет в одном из своих странных настроений, возможно, обойдется. Возвращение домой и предвкушение того, что ждет меня там, одинаково волнуют. Гадая, что за проблема гложет Кристиана, я замечаю, что место рядом со мной снова не занято. Я качаю головой. Неужели Кристиан способен купить оба места только ради того, чтобы в дороге я ни с кем не общалась? Я отметаю эту мысль — невозможно быть таким ревнивым и подозрительным. Самолет едет по взлетной полосе, и я закрываю глаза.
Спустя восемь часов Тейлор встречает меня в зале прилета аэропорта Сиэтл-Такома. В руках у него табличка с моим именем. Подумать только! Впрочем, я рада ему.
— Привет, Тейлор.
— Мисс Стил, — сдержанно здоровается он, но в острых карих глазах играет улыбка. Как обычно, одет Тейлор безупречно: угольно-черный пиджак и галстук, белоснежная рубашка.
— Я помню, как ты выглядишь, Тейлор, так что с табличкой ты погорячился. И сколько можно говорить, что для тебя я просто Ана?
— Ана. Могу я взять вещи?
— Нет, я сама. Благодарю.
Тейлор сурово поджимает губы.
— Хорошо, если тебе так удобнее, бери, — уступаю я.
— Спасибо.
Он берет мой рюкзак и новенький чемодан на колесиках. В нем обновки — мамины подарки.
— Сюда, мэм.
Я вздыхаю. Надо же, какой вежливый. Не могу забыть, что когда-то Тейлор покупал мне белье. Сказать по правде, он единственный мужчина на свете, который это проделывал. Даже Рэй ни разу не отваживался на подобную авантюру. Мы идем к черному джипу «Ауди», и Тейлор открывает передо мной дверцу. Я забираюсь внутрь, размышляя, не прогадала ли с юбкой. В Джорджии короткая юбка смотрелась клево, в Сиэтле я кажусь себе голой. Тейлор загружает мои вещи в багажник, и мы едем к Эскала.
Мы медленно движемся в потоке машин. Тейлор не сводит глаз с дороги. Молчун — это еще мало сказано. Наконец я не выдерживаю:
— Как там Кристиан, Тейлор?
— Мистер Грей очень занят, мисс Стил.
Должно быть, та самая нерешенная проблема. От меня так легко не отделаться.
— Очень занят?
— Да, мэм.
Я хмурюсь, Тейлор смотрит на меня в зеркало, наши глаза встречаются. Да уж, в умении держать рот на замке Тейлор не уступит этому психованному деспоту, своему хозяину.
— Он здоров?
— Надеюсь, мэм.
— Тебе удобнее обращаться ко мне на «вы»?
— Да, мэм.
— Хорошо.
Это признание на долгое время заставляет меня замолчать. Я начинаю думать, что слова Тейлора на аэродроме о том, что последние дни с Кристианом нет сладу, мне почудились. Возможно, он жалеет, что тогда разоткровенничался, считает это нечестным по отношению к боссу. Молчание становится невыносимым.
— Как насчет музыки?
— Разумеется, мэм. Что вы предпочитаете?
— Что-нибудь успокаивающее.
Наши глаза снова встречаются, и я вижу, что на губах Тейлора играет улыбка.
— Хорошо, мэм.
Он нажимает клавиши на панели, и тихий распев канона Пахельбеля заполняет пространство между нами. О да… именно то, что надо.
— Благодарю. — Я откидываюсь на сиденье, а Тейлор медленно ведет машину по шоссе I-5 к Сиэтлу.
Спустя двадцать пять минут он высаживает меня у впечатляющего фасада Эскалы.
— Заходите внутрь, мэм. — Тейлор открывает дверцу. — Я позабочусь о багаже. — На лице мягкая, теплая улыбка. Надо же, добрый дядюшка Тейлор.
— Спасибо, что встретили меня.
— Был рад помочь, мисс Стил.
Тейлор с улыбкой идет к входу. Швейцар кивает и машет рукой.
Пока я поднимаюсь на тридцатый этаж, в животе порхают тысячи бабочек. Отчего я так нервничаю? Я не знаю, в каком настроении застану Кристиана на этот раз. Внутренняя богиня надеется на лучшее, подсознание нервно ломает руки.
Дверь лифта открывается, я в фойе. Странно не встретить здесь Тейлора, но он внизу, паркует машину. Кристиан тихо разговаривает по «блэкберри», глядя через стекло на ранние сумерки, опускающиеся над Сиэтлом. На нем серый костюм, пиджак расстегнут, и да, его ладонь ерошит волосы. Он чем-то взволнован, почти возбужден. Что случилось? Взволнованный или спокойный, Кристиан прекрасен, от его красоты захватывает дух. Как ему это удается? Я упиваюсь им.
— Ничего… хорошо… ладно.
Кристиан оборачивается, видит меня, и внезапно с ним происходит разительная перемена. Сначала на лице проступает облегчение, затем серые глаза вспыхивают, а наполненный страстью, чувственный взгляд обращается к моей внутренней богине.
Во рту становится сухо, желание затопляет меня… ох.
— Будь на связи, — коротко бросает он, выключает телефон и стремительно шагает ко мне. Я замираю. Вот черт… и впрямь с ним что-то не так: челюсть напряжена, в глазах тревога. По дороге он скидывает пиджак и развязывает галстук, оставляя их на ковре, а подойдя ко мне вплотную, хватает меня в объятья, поднимает над полом, оттягивает волосы, собранные в хвост, задирает подбородок и впивается в губы с такой страстью, словно от этого зависит его жизнь. Что за черт? Волосам больно, но мне нет дела. Лишь жаркий, отчаянный натиск его губ имеет значение. Я нужна ему, нужна сейчас, и я никогда еще не чувствовала себя такой желанной. Его порыв захватывает и одновременно пугает меня. Я пылко откликаюсь на поцелуй, зарываясь пальцами в его волосы. Наши языки встречаются, страсть захлестывает нас. Его вкус жарок и волнующ, а перед запахом его тела невозможно устоять. Внезапно Кристиан отстраняется и смотрит на меня сверху вниз. Я не могу представить, какие чувства его обуревают.
— Что случилось? — выдыхаю я.
— Как хорошо, что ты вернулась. Примем душ — прямо сейчас.
Знать бы, это просьба или приказ.
— Хорошо, — шепчу я. Кристиан берет меня за руку и ведет в ванную.
Там он включает воду в громадной кабине, медленно оборачивается и оценивающе оглядывает меня.
— Мне нравится твоя юбка. Очень короткая, — говорит он хрипло. — У тебя потрясающие ноги.
Он снимает туфли, стягивает носки, по-прежнему не отрывая от меня глаз. Его страждущий, голодный взгляд лишает меня дара речи. О нет… быть объектом желания этого греческого бога! Я повторяю его движения, снимая свои туфли без каблуков. Внезапно Кристиан хватает меня, прижимает к стене и покрывает поцелуями мое лицо, шею, губы, а его руки ерошат мои волосы. От Кристиана исходит жар, а спиной я чувствую холод плитки. Я осторожно опускаю руки ему на плечи и легко надавливаю. Он издает стон.
— Я хочу тебя, сейчас же, — шепчет он, а руки задирают мою юбку. — Месячные кончились?
— Да, — вспыхиваю я.
— Хорошо.
Он сдергивает с моих бедер белые трусики, быстро опускается на колени и стягивает их с ног. Юбка задрана до пояса, ниже пояса я обнажена и жду, задыхаясь от желания. Прижав мои бедра к стене, Кристиан целует меня в лобок и разводит ноги. Почувствовав его язык, круговыми движениями ласкающий мой клитор, я издаю громкий стон. О Боже! Запрокинув голову, я пальцами зарываюсь в его волосы.
Его язык не знает пощады, настойчивый и властный. Он движется по кругу, снова и снова, без остановки. Наслаждение граничит с болью. Мое тело содрогается, но внезапно Кристиан отстраняется. Что случилось? О нет! Я задыхаюсь, не сводя с него молящего взгляда. Он заключает мое лицо в ладони и впивается в губы, давая мне почувствовать в кус моих соков. Расстегнув ширинку, Кристиан подхватывает меня под ягодицы и поднимает вверх.
— Закинь ноги мне за плечи, детка, — хрипло командует он.
Я делаю, как он велел, и стремительным сильным движением Кристиан входит в меня. Я издаю стон. Поддерживая меня под ягодицы — пальцы впиваются в нежную кожу, — он начинает двигаться, поначалу медленно и методично, но вскоре хладнокровие изменяет ему, и Кристиан ускоряет темп. Ах! Запрокинув голову, я наслаждаюсь неземным ощущением и наконец, не выдержав сладкой муки, взрываюсь в сокрушающем оргазме. Кристиан издает низкий рычащий возглас и носом зарывается мне в шею, одновременно кончая в меня с громким бессвязным стоном.
Дыхание с шумом вырывается из его груди, но Кристиан нежно целует меня, а я потрясенно моргаю, пытаясь сфокусировать на нем невидящий взгляд. Наконец зрение приходит в норму, и Кристиан отпускает меня, бережно поддерживая, пока я не касаюсь ступнями пола. Ванную заволокло паром. Хочется снять одежду.
— Вижу, ты рад моему приезду, — смущенно улыбаюсь я.
Кристиан морщит губы.
— Да уж, мисс Стил, в отношении моих чувств трудно ошибиться. А теперь позвольте мне отвести вас в душ.
Он освобождает три последние пуговицы рубашки, отстегивает запонки, стягивает рубашку и бросает ее на пол. Затем снимает брюки и трусы, отпихивает их в сторону и принимается за пуговицы моей блузки. Я изнемогаю от желания дотронуться до его груди, но сдерживаюсь.
— Как прошел полет? — спрашивает он мягко. После секса Кристиан становится спокойнее, его взвинченность уходит.
— Прекрасно, — бормочу я, все еще задыхаясь. — Еще раз спасибо за бизнес-класс. Не сравнить с обычным полетом. У меня есть новости, — добавляю я нервно.
— Новости? — переспрашивает он.
Справившись с последней пуговицей, он стягивает с меня блузку и швыряет ее поверх кучи собственной одежды.
— Я нашла работу.
Он останавливается, улыбается, глаза теплеют.
— Поздравляю, мисс Стил. Хоть теперь вы признаетесь? — дразнится он.
— Будто вы не знаете?
Нахмурившись, он качает головой.
— Откуда?
— С вашими возможностями, мне казалось… — Я запинаюсь, видя, как вытягивается его лицо.
— Анастейша, я не собираюсь вмешиваться в твою карьеру, если, конечно, ты сама меня не попросишь.
Кристиан выглядит обиженным.
— Так, стало быть, ты не знаешь?
— Нет. В Сиэтле четыре издательства, полагаю, в одно из четырех.
— В СИП.
— О, маленькое издательство, одобряю. — Он наклоняется и целует меня в лоб. — Умница. Когда начнешь?
— С понедельника.
— Так скоро? Придется извлечь все возможное из твоего визита. Повернись направо.
Та легкость, с которой он раздает указания, выбивает меня из колеи, но я не сопротивляюсь. Кристиан расстегивает лифчик, опускает юбку, поглаживая мой зад и целуя плечи. Затем носом зарывается мне в волосы и глубоко вдыхает, сжимая ягодицы.
— Вы сводите меня с ума, мисс Стил, и в то же время успокаиваете. Головокружительная комбинация. — Он целует мои волосы и, взяв за руку, тянет под душ.
— Ой! — взвизгиваю я. Кристиан улыбается, а горячая вода льется на него сверху.
— Всего лишь немного кипятка.
Он прав — это божественно. Горячая вода смывает липкое утро в Джорджии и пот от занятий любовью.
— Повернись спиной, — командует он.
Я разворачиваюсь лицом к стене.
— Я хочу помыть тебя, — бормочет он, тянется за флаконом и выдавливает гель на ладонь.
— Я еще не все тебе рассказала, — шепчу я, пока он массирует мои плечи.
— Не все? — переспрашивает он.
Я делаю глубокий вдох.
— Фотовыставка моего друга Хосе открывается в четверг в Портленде.
Рука Кристиана замирает на моей груди. Я намеренно подчеркнула слово «друг».
— И что? — спрашивает он строго.
— Я обещала прийти. Ты пойдешь со мной?
Довольно долго — мне кажется, прошли века — он молчит, затем снова принимается за мою спину.
— Во сколько?
— Открытие в половине восьмого.
Кристиан целует меня в ухо.
— Хорошо.
Подсознание со вздохом облегчения валится в старое потертое кресло.
— Ты волновалась, когда спрашивала?
— Да. Как ты понял?
— Анастейша, все мышцы твоего тела вмиг расслабились, — замечает он сухо.
— Я боялась… твоей… м-м-м… ревности.
— Правильно боялась, — говорит он мрачно. — Советую тебе и впредь помнить о ней. Но спасибо, что позвала. Мы возьмем Чарли Танго.
Кого? Ах да, его вертолет. Снова в полет! Отлично!
— Можно мне тебя намылить?
— Не думаю, — бормочет он и нежно целует меня в шею, чтобы смягчить отказ. Я надуваю губки и хмурюсь в стену.
— Неужели ты никогда не позволишь мне дотронуться до тебя? — храбро спрашиваю я.
Его рука замирает на моей попе.
— Положи руки на стену, Анастейша. Я возьму тебя прямо сейчас, — шепчет Кристиан мне в ухо, кладя руки на бедра, и я понимаю, что разговорам конец.
Позднее мы сидим за барной стойкой в купальных халатах, поглощая великолепные спагетти алле вонголе, приготовленные миссис Джонс.
— Еще вина? — спрашивает Кристиан, его глаза сияют.
— Немного.
Вкус «Санкерре» резкий и сладкий. Кристиан наливает вино мне и себе.
— Как твоя… м-м-м… проблема? — осторожно спрашиваю я.
Он хмурит брови.
— Вышла из-под контроля, — говорит он тихо. — Но тебе не о чем беспокоиться, Анастейша. Сегодня вечером я кое-что для тебя приготовил.
— Приготовил?
— Я хочу, чтобы ты ждала меня в игровой комнате через пятнадцать минут.
Кристиан встает и смотрит на меня сверху вниз.
— Можешь подготовиться в своей комнате. Кстати, в шкафу ты найдешь много новой одежды. И не вздумай спорить.
Он сужает глаза, ожидая отпора. Не дождавшись, выходит в кабинет.
Спорить? Я? С вами, Пятьдесят оттенков? Мне еще дорога моя задница. Сидя на барном стуле, я пытаюсь переварить то, что он сказал.
Кристиан купил мне одежду. Я вращаю глазами, зная, что он меня не видит. Машина, телефон, ноутбук, на очереди квартира, и я окончательно превращусь в его содержанку.
Полегче! Мое подсознание кривится. Я игнорирую его гримасы, встаю и иду в мою комнату. Мою? Он ведь согласился спать со мной в одной постели. Кристиан не привык никого пускать в свое личное пространство. Но и я не привыкла. Я утешаюсь мыслью, что, по крайней мере, мне есть где укрыться.
В двери врезан замок, но ключа нет. Интересно, запасной у миссис Джонс при себе? Надо будет спросить. Я открываю дверцу шкафа и быстро закрываю. Ни фига себе! Он потратил целое состояние! Я вспоминаю Кейт с ее аккуратными рядами вешалок и твердо знаю, что примерка не потребуется — все вещи точно по размеру. Но у меня нет времени, чтобы поразмыслить над этим — я должна стоять на коленях в комнате боли… или комнате наслаждения — надеюсь.