50 оттенков серого читать

Кристиан в одних старых полинялых и рваных джинсах стоит надо мной, сжимая плетеный кожаный стек. Он смотрит на меня, слегка постукивает стеком по ладони и торжествующе улыбается. Я не могу двигаться. Я лежу, обнаженная, распростертая на большой кровати, руки и ноги крепко привязаны к столбикам. Кристиан наклоняется и медленно проводит наконечником стека по моему лбу, носу — пахнет дорогой, хорошо выделанной кожей — и по приоткрытым губам, из которых вырывается тяжелое дыхание. Он сует хлыст мне в рот, и я чувствую его вкус.
— Соси! — приказывает он тихим голосом.
Я смыкаю губы вокруг наконечника и повинуюсь.
— Хватит!
Я тяжело дышу, когда Кристиан вытаскивает стек из моего рта и ведет им по подбородку и шее к впадине между ключицами. Медленно обводит ее и тащит наконечник стека по моему телу, между грудей и дальше вниз, к пупку. Хватаю ртом воздух, извиваюсь, натягивая веревки, которые впиваются в запястья и щиколотки. Кожаный наконечник рисует круг вокруг моего пупка, спускается ниже и через волосы на лобке пробирается к клитору. Кристиан взмахивает стеком, резкий удар обжигает мое сладостное местечко, и я, с криком облегчения, бурно кончаю.
Внезапно я просыпаюсь, мне не хватает воздуха, влажное от пота тело содрогается в отголосках оргазма. Вот черт! Я растерянна и смущена. Что сейчас случилось? Я в свое й комнате, одна. Как? Почему? Ошеломленная, сажусь в постели… ой. Уже утро. Смотрю на часы — восемь часов. Опускаю голову на руки. Не знала, что мне может сниться секс. Наверное, что-то съела. Возможно, устрицы и недавние поиски в Интернете вызвали первый в моей жизни эротический сон. Обалдеть, я понятия не имела, что могу испытывать оргазм, когда сплю.
Бреду на кухню, где уже хлопочет Кейт.
— Ана, все нормально? Ты как-то странно выглядишь. Что это на тебе, пиджак Кристиана?
— Все в порядке.
Черт, надо было посмотреться в зеркало. Избегаю пронзительного взгляда зеленых глаз. Меня еще потряхивает от утреннего происшествия, но я продолжаю:
— Да, это его пиджак.
Кейт хмурится.
— Ты спала?
— Плохо.
Иду ставить чайник. Нужно выпить чаю.
— Как прошел ужин?
Ну вот, начинается.
— Мы ели устриц, а потом черную треску. В общем, морепродукты.
— Фи… терпеть не могу устриц, и я спрашивала не про еду. Как Кристиан? О чем вы разговаривали?
— Он был очень внимателен, — говорю я и замолкаю.
Ну и что сказать Кейт? Что Кристиан — ВИЧ-отрицательный, увлекается ролевыми играми, хочет, чтобы я повиновалась ему во всем, он изувечил какую-то женщину, когда подвешивал ее к потолку спальни, и чуть было не трахнул меня в отдельном кабинете во время ужина? Вряд ли это будет хорошим резюме. Отчаянно пытаюсь вспомнить какую-нибудь деталь, о которой можно было бы поговорить с Кейт.
— Ему не нравится Ванда.
— А кому она нравится, Ана? Тоже мне новость. С чего это вдруг ты стала такой скрытной? Давай, подруга, колись!
— Ох, Кейт, мы столько всего говорили! Знаешь, он такой привередливый в еде… Да, кстати, ему очень понравилось твое платье. — Чайник вскипел, и я завариваю себе чай. — Бу дешь чай? А хочешь, я послушаю твою сегодняшнюю речь?
— Да, пожалуйста. Я над ней вчера весь вечер работала. Сейчас принесу. И да, чаю я тоже хочу, — говорит Кейт и выбегает из кухни.
Ха, Кэтрин Кавана сбили со следа! Режу бейгл и запихиваю в тостер. Вспоминаю утренний сон и заливаюсь краской. Все было как на самом деле. Что бы это значило?